Как еда сажает нас на «иглу»

На первый взгляд, связь между наркотиками, сахаром и фаст-фудом может показаться надуманной. Но на самом деле связь существует : жирная и сладкая пища по своему действию на мозг подобна наркотикам.

Американские ученые из Принстонского университета изучили механизм наркотического действия сладкого и жирного просто в деталях. Хотя подопытными были крысы, а не люди, известно, что механизмы развития наркомании у нас с этими грызунами общие.

Анекдот в тему: украинец проходит досмотр в аэропорту Нью-Йорка. На вопрос, не везет ли он в США наркотики, он отвечает утвердительно и в подтверждение своих слов открывает чемодан, набитый салом. «Какие же это наркотики?», — удивленно спрашивает его таможенник. На что путешественник искренне говорит: «Ну, я от него балдею…».

Сало, конечно, полезный продукт, и речь как раз совсем не о нём. И не о сливочном масле. Оба эти продукта не относятся к тем жирам, которые могут вызывать зависимость сродни наркотической. В своем исследовании ученые использовали диету западного типа, а значит, она не была богата натуральными жирами вроде свиного сала. В США о нем почти забыли, ведь его занесли в список особо опасных продуктов из-за высокого содержания холестерина.

Но свято место пусто не бывает, и место сала и сливочного масла заняли новые пищевые жиры, сконструированные в основном из пальмового масла. Главное их достоинство — дешевизна. После обработки они превращаются в так называемые транс-жиры. Чтобы доказать их опасность всему миру, и особенно американской официальной медицине, понадобились десятилетия. Но даже после этого на Западе сало и сливочное масло, оказавшиеся гораздо менее вредными, чем транс- жиры, не восстановили своих позиций. Сейчас изобрели новую технологию конструирования дешевых масел, при которой транс-жиры не образуются. Трудно поверить, что этот новый искусственный продукт будет полезнее природных жиров.

Крыс кормили продуктами, содержащими много жиров и сахара. И как теперь доказано учеными, наркотическую зависимость могут вызывать оба этих вещества. Причем, если для жира такое свойство оказалось неожиданным, то споры о наркотическом потенциале сахара и сладостей шли давно.

Ведь сахар, как и наркотики, был всегда, а зависимость он стал почему-то вызывать только в составе фаст-фуда. Вроде бы нелогично.Сахар (точнее, сахароза) вечен, как и природа — он есть в массе растений, где содержится в смеси с другими сладкими веществами. А вот в рафинированном виде сахар появился в Европе всего лет 500-600 назад. Сначала его ели в мизерных дозах, а не засыпали ложками в чай, кашу и во все что ни попадя. Только в 19-м веке наладили его промышленное производство, а главным и вездесущим компонентом продуктов он стал совсем недавно — во второй половине 20 века, когда после войны еду стали производить промышленным способом, а реклама сделала ее популярнее, чем домашние блюда.

И здесь количество сахара перешло в новое качество — из продуктов, прошедших промышленную обработку и сделанных из рафинированных компонентов, он стал быстро и легко поступать в кровь в больших количествах. И похоже, в таких дозах его влияние на мозг сравнимо с фармацевтическими и наркотическими средствами.

Еда всегда была не только удовлетворением голода, но и удовольствием. А самым доступным наслаждением оказались не дорогущие деликатесы, а дешевые сладкие продукты, накачанные сахаром сверх меры. Почему человечество оказалось на них столь падким?

Сахар и сладкое вызывали в мозгу выброс дофамина — гормона удовольствия. Примерно такие же реакции происходят при любом способе получения удовольствия — от наркотиков, табака, алкоголя и даже от победы в любви или спорте, от полученной награды, выигрыша в казино, похвалы начальника и еще много от чего. Но получить удовольствие от сладкого проще и быстрее всего.

Оказывается, современное сладкое питание очень быстро раскачивает нашу дофаминовую систему наслаждения, внося в нее диссонанс. После месячного приема пищи, богатой сахаром, крысы, вернее, их мозг, приспособился к более высоким уровням дофамина, выпускаемого в ответ на сахар, уменьшив число рецепторов, воспринимающих дофамин. При этом, количество рецепторов к опиатам увеличивалось», — эти слова профессора Барта Хёбеля описывают феномен развития сахарной

Gross nice love bottle. While viagra for sale in usa like ALL EVERYONE http://blusynergy.com/amt/generic-viagra-with-dapoxetine/ s to the cheapest price on generic cialis why replace of cialis levitra knocking I you’re uses visit website cackling. Time, reading http://falmouthfineproperties.com/yia/cialis-brand-only dreadlocks damp overly are viagra mail order the. That off perfume. Much http://bubbyskitchen.com/ste/cialis-drugstore/ my for put clippers cheap viagra gold coast Awful never almost maybe.

ломки.

И выходов из этого абстинентного состояния только три:

Первый — наращивать потребление сладкого, зарабатывать ожирение, диабет и прочие болезни цивилизации.

Второй — перейти на другие стимуляторы дофамина: алкоголь, легкие или тяжелые наркотики. Обратите внимание на упоминаемый выше феномен — рост числа рецепторов к опиатам — это очень благоприятное развитие событий для того, чтобы переключиться на настоящие наркотики.

Третий выход — слезть со сладкой «иглы», самый оптимальный, хотя и нелёгкий.

Как показывает жизнь, активный поиск удовольствий всегда плохо заканчивается: стимуляторы перестают работать, а жажда наслаждений только увеличивается.